Александр Синцев
"Новый Год". Рассказ

«Новый Год». Рассказ

 

     Я родился во второй половине семидесятых, детство моё прошло в СССР. При Советах было мало праздников, которые повсеместно признавались и людьми, и государством. Наверное, к таким праздникам можно отнести День Победы и Новый Год. День Победы был хоть и радостным, но и не менее серьёзным праздником, где наравне с радостью были и слёзы, а вот Новый Год – это совсем другое дело. Для всех людей праздник Нового Года означал не только выходные дни, их и не было столько, сколько в наше время, но этот праздник подводил итоги года прошедшего и начинал новую главу в жизни каждого человека. Поэтому готовиться к Новому Году все люди начинали заранее. Многим предстояло не только застолье в кругу семьи, но и корпоративные праздники по месту работы, у школьников и студентов заканчивалось учебное полугодие, и обязательно был праздничный вечер с дискотекой, у дошколят в детских садах проходили утренники с раздачей подарков. Все от мала до велика ждали этот легкий, радостный, неполитизированный праздник.

     В детстве мы часто встречали Новый Год у дяди Юры, маминого старшего брата. Они вместе с тётей Софой и двумя дочерями — старшей Катей и младшей Людой жили в трёхкомнатной квартире в микрорайоне, застроенном пятиэтажными домами. Кроме мамы, бати и меня на праздник приходила семья младшей сестры тёти Софы — сама тётя Таня, её муж дядя Витя, старшая дочь Юля и младшая Ира. Вот в такой большой, весёлой компании и наступал Новый Год.

     Пришёл ноябрь. У нас как раз в школе были осенние каникулы, до конца года предстояло отучиться ещё одну четверть. По традиции после ноябрьской демонстрации и мы, и дядя Юра с семьёй собрались у дедов за праздничным столом. Улучив момент, я говорю Кате:

– Скоро Новый Год, как смотришь, чтобы концерт для родителей подготовить.

– Давай, конечно. Надо только план составить. Приходи к нам как-нибудь после музыкалки, обсудим.

     Я в то время дополнительно учился в музыкальной школе по классу аккордеона. Путь на занятия пролегал как раз мимо их дома. Как-то раз, предупредив маму, что задержусь с занятий, я зашёл к Кате, чтобы обсудить наш план выступления. Хорошо, что она была дома одна, мы сразу же приступили к составлению списка концертных номеров.

– Ты будешь конферансье, – сказала Катя, – будешь объявлять номера.

– Хорошо, буду. Ты будешь играть на пианино что-нибудь?

– Сыграю уж. А твой аккордеон принесут?

– Принесут.

     Мне выпало играть новогоднюю песню «Маленькой ёлочке холодно зимой», Кате – «В лесу родилась ёлочка».

– Я расскажу своё любимое стихотворение Некрасова «Мороз-воевода», сказал я, – а ты что-нибудь станцуй.

– Типа вот как это?

"Новый Год". Рассказ
Магнитофон Романтик

     Катя подошла к магнитофону, который стоял в зале возле окна, как раз на том месте, где скоро должна была встать новогодняя ёлка. У них был модный в то время магнитофон «Романтика». Снизу этого комбайна стояла стойка на мебельных колёсах, которая представляла собой квадратный ящик метр на метр без задней стенки, в котором стояли колонки, а сверху это сооружение накрывала сама приставка, в левой части которой был проигрыватель пластинок, а в правой – катушечный магнитофон. Открыв прозрачную крышку, Катя включила питание магнитофона. Кнопка питания была давно выдрана с корнем и бесследно потерялась, на её месте была дырка с контактами глубоко внизу, нажимать приходилось карандашом, который лежал тут же на панели. Немного поперематывав плёнку, она включила нужную песню и прибавила громкость. Это была песня «Автомобили» группы «Весёлые ребята». И Катя пошла плясать. Колонки ритмично отбивали такт, от барабанов дребезжали стёкла.

     Пошёл припев песни:

Автомобили, автомобили

Буквально все заполонили

Там, где вековая лежала пыль

Свой след оставил автомобиль.

     Катя совсем разошлась, сорвала с себя заколку и начала махать руками и трясти волосами, изображая экспрессивный танец. Смотрелось это феерично, я был просто ошарашен – так бы я не смог. Заодно она наставляла меня, как надо танцевать:

–  Дрыгаться умеешь? Так и дрыгайся – будешь лучшим танцором на любой дискотеке!

     Когда песня закончилась, я спросил:

– Ты вот так же будешь танцевать? Эту песню?

– Дурак что ли? – она сделала круглые глаза, – меня родители сразу прибьют за такие танцы.

     Решено было над танцем ещё подумать и выбрать что-то более пристойное.

– А подарки родителям будем делать?

– Надо бы сделать. Давай договоримся, покупаем каждый своим родителям, ну и на призы по конкурсам скинемся.

–  Договорились.

     Мы сидели и составляли план выступлений, кто за кем и что делает, когда лучше начинать и сколько времени вообще займёт концерт.

– Надо считать от обратного, – сказал я, – чтобы где-то к полдесятому концерт закончился.

– Да, правильно, поддержала Катя, – а то помнишь, как в шесть лет, всё ждали, когда полночь будет, куранты начали бить, а тут мы выбегаем и встаём перед телевизором: «Начинаем концерт!», нас тогда и погнали взашей оттуда. Обидно было.

– Да уж, помню. В этот раз надо не позднее восьми начинать.

     На том и порешили. Мы посидели ещё немного, уточняли всякие детали и так завелись, что расходиться совершенно не хотелось. Уже чувствовалось предвкушение предстоящего праздника и всего того хорошего, что связано с его приходом. Но тут начали возвращаться с работы Катины родители, и мне пришлось возвращаться домой к урокам.

     В ноябре и декабре я был занят покупкой подарков и призов, повторением стихов и музыкальных произведений. Так как интернета тогда ещё не было, приходилось собирать различные анекдоты, шутки из всяких журналов, газет, юмористических передач, а также адаптировать «под родителей» анекдоты, слышанные в школе. В качестве подарков и призов я покупал красивые открытки в книжном магазине, а также другие недорогие вещи, типа мыла, лезвий для бриться, шоколадок.

     В декабре на мою маму в техникуме, где она работала преподавателем, возложили общественно-полезную нагрузку – надо было организовать проведение новогоднего утренника для детей преподавателей и работников техникума. Мало того, что в эти обязанности входило написание сценария, необходимо было рассчитать, закупить и расфасовать подарки.

     Однажды, когда я дома был один, в дверь постучали. Я открыл, в прихожую вошли двое студентов и занесли какие-то картонные ящики внушительных размеров.

– Нам сказали принести, мы принесли, – и они удалились.

     Закрыв за ними дверь, я от любопытства заглянул в ящики и очень удивился. В одном были шоколадные конфеты двух сортов, в другом – карамель, в третьем и четвертом – вафли, печенье и упаковка фасовочных пакетов. Сначала я страшно обрадовался – такая куча вкусноты и всё нам! Потом засомневался, такими объёмами родители сладости никогда не покупали. Позвонив по телефону маме на работу, я с небольшим огорчением узнал, что это для подарков детям на Новый Год. Тем не менее, решил помочь маме собрать подарки, зная, что она придёт с работы уставшая. Разложив по залу ящики, начал засовывать в пакеты по десятку шоколадных конфет, столько же карамели и по пачке печенья и вафель. Часа через два я разложил пакеты на диване и стал ждать благодарности.

     Когда пришла с работы мама, она увидела кучу пакетов и сказала:

– Ну зачем ты это начал делать? Подарков должно быть в три раза больше, надо не так раскладывать, пачки печенья и вафель разрывать и класть по счёту. Теперь всё переделывать надо.

     Я был разочарован, вместо похвалы получил порицание, хотя и понял, что в таких важных делах надо сначала спрашивать взрослых, чтобы не пришлось потом переделывать. Вечером после тщательного подсчёта мы расфасовали подарки правильно и сложили их в пустые ящики, которые на следующий день забрали студенты.

     Как-то декабрьским вечером ко мне обратилась мама с просьбой придумать свежую идею представления для детей. Старый, из года в год повторяющийся сценарий, когда дети водят хоровод, а потом хором зовут деда Мороза и Снегурочку, уже всем приелся, нужен был новый лейтмотив. Мы обсуждали, что нового можно придумать, чтобы всем было интересно. Я предложил идею новогодней сказки, не совсем мою выдумку, а своеобразный винегрет из когда-либо  виденного или прочитанного. Совместными усилиями сюжет доработали и остановились на том, что злые Кощей и Баба Яга заколдовали Деда Мороза, и тот теперь не может прибыть на праздник и подарить подарки, а растерянная Снегурочка просит помощи у собравшихся детей. Предполагалось задействовать как можно больше маленьких участников, чтобы всем было интересно, и никто не остался в стороне. Накануне утренника мама убедила меня сыграть пару новогодних песенок на аккордеоне, хотя я и очень стеснялся выступать на публике.

     Наконец наступил день, когда мы пошли на сам утренник.  Праздник начался в одиннадцать часов утра в спортивном зале техникума. Посреди зала стояла огромная ёлка, которую сделали из десяти обычных, прибив их к центральному столбу. Сам столб был вставлен в специальное устройство, которой вращалось электромотором. Ёлка получилась широкая и высокая, украшенная гирляндами лампочек и стеклянными игрушками, наверху по традиции была водружена красная пятиконечная звезда. По стенам зала были развешаны стенгазеты с новогодней тематикой, по углам подготовлен реквизит для проведения конкурсов. Детей было много, разных возрастов, от трёх до пятнадцати лет, большинство пришли в праздничных нарядах. В празднике было задействовано несколько студентов, разодетых в сказочные костюмы, которые задавали тон в соответствии со сценарием. Дети водили хороводы, рассказывали стихи, все вместе участвовали в спасении Деда Мороза. Я перед всем залом на аккордеоне исполнял новогодние песни, одну даже в дуэте с музработником, хотя и сбился в конце. После утренника музработник даже похвалил меня, говоря маме:

– А он определённо продвинулся. Делает успехи.

     Всем было весело, по углам спортзала проходили различные конкурсы, каждый участвовал в том, в котором хотел. Я тоже в одном из них с закрытыми глазами нащупал и ножницами срезал презент – линейку-транспортир. А в конце праздника всем раздавали как раз те подарки, в составлении которых я принимал участие, и один из них достался мне.

     Так началась череда утренников-вечеров в преддверии празднования Нового Года. Через день-два в техникуме состоялся вечер для студентов, на который я тоже пошёл вдвоём с мамой. Ровно в шесть вечера – время на которое было назначено начало праздника, входные двери закрылись на замок, не пропуская больше никого. Наверное, это было очень жёстко, но зато все желающие прибыли вовремя, не было бесконечной тянучки из опоздавших, всё было чётко по плану. В это же время начался сам праздник. Представление для студентов тоже оказалось очень интересным. Звучала современная музыка, во все стороны летел серпантин, студенты разыгрывали разные сценки, кто-то читал наизусть монологи юмористов:

– Школа-школа. Родная школа. Сколько ты ж нам знаний дала. Вспомнить страшно. Бином Ньютона, теорема ПифАгора. Кислота со щелочью. Инфузория туфелька. Тьфу! Пакость! Зачем нормальному человеку это все нужно? Кому-нибудь в жизни потом эта туфля пригодилась? Никому, потому что школа это одно, жизнь – это совсем другое…

     В одной сценке, которая особо запомнилась, посреди сцены на полу скрестив ноги восседал толстый шейх в хоккейной каске и непрерывно что-то жевал. Рядом с ним стоял торт, и свита шейха тщательно охраняла его, а вокруг крутились какие-то тощие оборванцы, пытающиеся ухватить кусок со стола шейха. В какой-то момент главный оборванец ухватил торт и помчался по залу. Вся свита с криком: «Держи его!» помчалась за ним. Начались бешеные скачки по залу вокруг собравшихся, тут и там слышался визг и хохот. Развязка наступила тогда, когда оборванец с тортом вскочил на сцену и с размаху залепил тортом прямо в физиономию шейха и, перепрыгнув его, убежал из зала. Шейх повалился навзничь на пол, а вся толпа – и свита, и оборванцы собрались в круг подле него и начали слизывать остатки торта прямо с лица упавшего. Восторгу собравшихся зрителей не было предела.

     А потом была дискотека. Это был просто драйв! Ответственные студенты, заранее "Новый Год". Рассказподготовили одну кассету, на которой чередовались композиции – две быстрые, одна медленная. Кассета играла сначала до конца, потом переворачивалась и опять с начала до конца, и так по кругу. Никто не дёргал музыку, не останавливал посредине песни и не перематывал, разыскивая что-то другое. Свет погасили, в зале под невероятный грохот колонок и вспышки цветомузыки колыхалась толпа танцующих студентов. В один момент на сцену выскочил парень, игравший шейха, и начал отплясывать с двумя зажжёнными бенгальскими огнями в руках. В темноте бенгальские огни сыпали искрами и образовывали какие-то замысловатые горящие фигуры. Я стоял возле стенки и просто смотрел, так как танцевать ещё не умел, но всё происходящее мне очень нравилось. В один момент ко мне обратилась какая-то студентка и настойчиво приглашала танцевать. Я промямлил что-то типа: «Девушка, я не танцую» и сбежал из зала.

     Преподаватели сидели на втором этаже в «преподавательской», что-то рассказывая друг другу. По близости в рекреации стояли мягкие кресла, в которых я некоторое время посидел, то откидываясь назад, то выпрямляя спинку.

– Тебе тут не скучно одному? – спросила мама, выйдя из «преподавательской».

– Нет, не скучно, – ответил я.

– Возьми, поешь, – я с удовольствием тут же съел предложенное яблоко.

     Музыка из зала доносилась сюда, было отчётливо слышно каждую песню. Несколько раз я, то возвращался в зал, то приходил сидеть на креслах. Фактически, весь вечер я провёл один, но мне не было скучно, и я остался весьма доволен проведённым временем. Я почувствовал себя взрослым, испытывая гордость, что мне уже доверяют веселиться на новогоднем вечере.

     В одиннадцать вечера музыку выключили, зажгли свет. Ответственные преподаватели ещё раз поздравили студентов с наступающим Новым Годом и выпроводили домой. Пошли домой и мы с мамой, по дороге она мне отдала ролик серпантина, который остался после вечера.

     На следующий день был новогодний вечер в школе. В школьной столовой убрали столы и нарядили ёлку. Мы тремя классами одного потока рассказывали стихи, участвовали в «весёлых стартах», конкурсах. В одном из конкурсов участникам надо было танцевать вокруг стульев пока играет музыка и, как только она прекращается, быстрее занимать стулья, кому стула не хватило, тот выбывает из конкурса. Дёргать музыку на проигрывателе пластинок поставили меня, я гордился, что меня назначили «ответственным за аппаратуру». Тут подошла Катя:

– Ты не так выключаешь музыку, надо резче, – и взялась выключать сама.

– Уйди, сам знаю, – прогнал её я и не пускал к проигрывателю больше никого.

     Был ещё один интересный номер. Ведущая декламировала какое-то стихотворение, посвященное Новому Году, посреди которого перед сценой появилась ещё одна девчонка с ведром воды. Все, не исключая ведущую, замолкли и смотрели, как она ходит с каменным лицом вдоль первого ряда и рукой поплёскивает воду.

– Ты что тут делаешь? Уйди и не мешай вести вечер!

     Походив немного, девушка с ведром удалилась, и ведущая продолжила читать стихи.

     На завершающей части стихов опять появилась та самая с ведром:

– Тебе сказали же – уйди и не мешай!

– Ах, так! Получайте же!!! – и она с размаху окатила из ведра сидящих в первом ряду.

– АААААААААА!!! – завопили зрители. Пока разобрались, что в ведре уже были просто сухие мелкие бумажки, успели изрядно испугаться. Зал взорвался смехом и аплодисментами.

     После всех конкурсов наш новогодний вечер завершился сценкой «путешествия аргонавтов за знаниями», в конце которой часть мальчишек и девчонок нарядились в белые простыни как в греческие тоги и, положив руки друг другу на плечи, пели песню на тему известной «Арго». Смотрелось это очень красиво и необычно.

     Тридцатого декабря, накануне Нового Года в техникуме организовали выезд на природу преподавателей с членами их семей. Утром мы с мамой и батей пришли к зданию техникума, откуда было намечено отправление. Подождав немного, мы увидели, как к воротам подъехал большой автобус ЛиАЗ, такие в то время ходили в городе по маршрутам и перевозили пассажиров. Загрузившись в автобус, поехали на турбазу, которая находилась в бору на расстоянии двадцати – двадцати пяти километров от города. Автобус шёл по зимней трассе, вокруг кружилась метель, клубясь позади и образуя причудливые завихрения. Я глядел в окно на падающий снег, однообразие дороги утомляло и клонило в сон. Преподаватели что-то обсуждали, шутили, чувствовалось новогоднее настроение. Примерно через час мы прибыли на саму турбазу. Автобус еле-еле пробился по заснеженной дороге и остановился у въезда на территорию. В помещении все сняли верхнюю одежду и проследовали за столы.

     За окном мела метель, а в помещении шёл новогодний корпоратив. Звучали поздравления, тосты. Кто-то, пытаясь развеселить присутствующих, сначала предупреждал, что будет сейчас рассказывать анекдот, потом рассказывал его, а потом ещё минут пятнадцать объяснял, о чем собственно был этот анекдот.

     Часа через два застолья, присутствующие устали сидеть за столами и пошли танцевать. Поскольку все уже были «разогретыми», шуточки были соответствующими. Увидев на полу мокрое пятно от стаявшего с сапог снега возле одной из танцующих, начали хохмить:

– Ольга Павловна, а кто сделал лужу?

– Ну не хорошо, Ольга Павловна, такая большая, а всё лужи делаешь!

– Будешь, Ольга Павловна, лужи делать, больше не пригласим!

      После танцев батя, мама и я решили сходить погулять по зимнему лесу. Идею нашу никто не поддержал и, как оказалось, зря! Мы вышли из помещения и

"Новый Год". Рассказ
Зима в бору

направились прямиком в лес. К этому времени снег уже прекратился, метель улеглась, ветра практически не было. Мы шли по заснеженному бору и наслаждались зимней сказкой. Земля была укрыта пушистым белым снегом как пуховым одеялом, никаких следов или натоптанных дорожек не было видно, только сверкающая целина, в которой глубоко утопали ноги. Тёмно-зелёные сосны раскинули свои мохнатые лапы, отяжелевшие от покрывавшего их снега. Между соснами то тут, то там притаились маленькие ёлочки, распушив свои иголки, еле-еле проглядывающие через нанесённые сверху сугробы. Солнца не было, но даже в густом сумрачном зимнем воздухе искрились ненароком опадающие снежинки. Морозный воздух врывался в лёгкие и приносил аромат хвои и смолы, от которого кружилась голова.  Тишину заметённого снегом леса нарушал лишь дробный стук дятлов, да тихое журчание на перекатах не полностью замёрзшей реки.

– Как хорошо! Надо было давно уже пойти и посмотреть такую красоту!

     Мы гуляли довольно продолжительное время, а потом, когда уже порядочно замерзли, с неохотой вернулись зал, где празднование было в самом разгаре. Было странно видеть, что, приехав на природу, люди так и не захотели пойти и посмотреть эту самую природу, проведя весь день в помещении.

     Когда начало смеркаться вся компания потянулась к автобусу. Выйдя на воздух, все были в приподнятом настроении. Кто-то затянул песни, кто-то играл в снежки, одного преподавателя физкультуры уронили в снег и через задравшуюся рубашку натёрли живот снегом, тем самым вызвав у него приступ бешенства. Наконец, все уселись в автобус и двинулись в обратный путь. Домой мы приехали, когда уже было темно. На душе было ощущение радости и приятной усталости.

     И вот наступил последний день года – 31 декабря. Утро было самым обычным с той лишь разницей, что никто не был на работе. Позавтракав, я ещё раз проверил, что весь реквизит для нашего вечернего представления собран, праздничная одежда тщательно отглажена. Весь день по телевизору крутили праздничные программы и традиционные всем полюбившиеся фильмы: «С лёгким паром», «Иван Васильевич меняет профессию», «Кавказская пленница», и, хотя телевидение состояло всего из двух программ, можно было выбрать передачи для просмотра. В шесть часов вечера, как и было договорено, мы оделись и пошли в гости к дяде Юре, батя на санках катил мой аккордеон. До микрорайона мы дошли пешком, городской транспорт уже не ходил, да и маршруты его были составлены таким образом, что пешком было быстрее. Зайдя в квартиру, мы поздравили хозяев:

– С наступающим Новым Годом!

– Спасибо, проходите, раздевайтесь.

– Чем нужно помочь?

– В основном, всё готово, вот рыбу надо нарезать и пельмени налепить.

      Мы разделись и прошли в комнаты, батя с мамой взялись помогать с лепкой пельменей, я, Катя и Люда таскали снедь из кухни в зал на стол.

     В зале, оклеенным обоями в цветочек прямо поверх электрических розеток, кроме длинного стола по центру комнаты стояла мебельная стенка из тёмной коричневой полировки, вдоль стены напротив неё диван и кресла, с большим ковром над ними, возле выхода на балкон в углу уютно пристроилась наряженная ёлка, вытеснив магнитофон в коридор, а у стены возле входа стояло большое чёрное пианино. Возле окна устроилось, по мнению почтальона Печкина, главное украшение праздничного стола – телевизор, по которому шла какая-то развлекательная программа. Из кухни слышался голос тёти Софы:

– Не делайте худые пельмени, их есть невозможно, – это означало, что тесто надо раскатывать тоньше, а мяса класть больше.

     На кухне работа шла полным ходом, четыре взрослых человека катали, лепили, "Новый Год". Рассказрезали, перемешивали и раскладывали по вазам. Вот на стол встали салаты, за ними нарезка из рыбы, всяческие бутерброды и канапе. Катя перетирает тарелки, вилки и ножи, я раскладываю их по местам. Вот Люда несёт тарелку с фаршированными грибами, спотыкается об палас, грибы летят на пол. Нисколько не расстроившись, она собирает их обратно на тарелку и ставит на стол. Дальше расставляются фужеры разных калибров, раскладываются салфетки. На столе уже "Новый Год". Рассказстоит декоративная подставка –металлическая обезьянка двумя руками прижимает к себе стеклянные бочонки с солью и перцем. Рядом с обезьянкой лежит «золотой ключик» из красной пластмассы, внутри которого штопор.

     Интересно рассматривать содержимое стенки. За стеклянными дверками серванта расставлена хрустальная посуда – рюмки, фужеры, вазы, которые "Новый Год". Рассказсоставляют гордостью каждой хозяйки, в книжном шкафу плотными рядами книги, в то время очень ценились собрания авторов, которых не было в свободной продаже, и надо было специально выписывать – Пушкина, Куприна, Шолохова, Гюго, Яна и других. На открытых полках стенки фигурные вазы и сувенирные статуэтки. Одна из них – подарок дяди Юры тёте Софе – маленькое бревно на козлах наполовину перепиленное блестящей пилой с гравировкой «Пили, но знай меру!».

     Вскоре раздался звонок в дверь, это пришли Поповы – сестра тёти Софы с семьёй. Все раздеваются, проходят в зал, дядя Витя, не смотря на небольшой рост, как Дед Мороз громовым голосом поздравляет присутствующих.

     Почти всё приготовлено, дядя Юра, батя и дядя Витя сидят в зале на диване, разговаривают и периодически выходят курить.

     И вот последние приготовления завершены, хозяева и гости собираются в зале, рассаживаются на диван, кресла и стулья, и мы начинаем представление. Как и было назначено, я взял на себя роль конферансье. Текст выступления я не готовил, вышел говорить «от себя».

– Здравствуйте, дорогие зрители, – торжественно начал я, – поздравляем вас с Новым Годом! В этот вечерний вечер…, – тут я запнулся и взрыв хохота был мне ответом.

– Вечерний вечер, ха-ха-ха!

– Что-то мы утренний утренник пропустили!

– Ясное море! – дядя Витя ввернул свою любимую поговорку.

     Собравшись, я продолжил:

– Мы начинаем наш концерт, и первым номером нашей программы будет песня «В лесу родилась ёлочка», аккомпанимирует Катя!

     Все опять зашлись от смеха:

– Правильно говорить – аккомпанирует!

     Катя играла на пианино, я и Люда пели новогоднюю песенку. Вторым номером я изображал диктора телевидения и зачитывал новости анекдотического содержания. Дальше уже я играл на аккордеоне песню «Маленькой ёлочке», а Катя с Людой исполняли куплет за куплетом, которых оказалось достаточно много и к концу песни я что-то устал растягивать меха.

     Потом были всякие сценки, танцы и в завершение выступлений мы одарили родителей сувенирами, не забыв и про дядю Витю с тётей Таней. Все были очень довольны.

– А теперь к столу! – скомандовала тётя Софа и мы начали рассаживаться.

– Смотри, что у меня есть, – говорю я Кате и показываю ролик серпантина.

– Давай сейчас запустим.

– Нет, погоди. Давай поближе к Новому Году.

     Стол ломился от угощения. Тут были и традиционный салат Оливье, селёдка под шубой, морковь с чесноком в майонезе, сырая рыба в уксусном соусе, салат: яблоко, сыр, яйца под майонезом, квашеная капуста с клюквой под растительным маслом, салат осенний с консервированной рыбой, свёкла с черносливом и грецкими орехами. Между вазами с салатами разместились бутерброды с икрой, жареные гренки с яйцом и чесноком, фаршированные грибы, маринованные огурцы и помидоры. На общих тарелках замысловатыми фигурами была выложена нарезка колбасы и корейки, на других – нарезка солёной селёдки, копчёной скумбрии и жареного в кляре хека. В отдельных пиалах возвышались куски зажаренных куриных окорочков.

     На компанию любо-дорого было посмотреть, все мужчины в костюмах и при галстуках, женщины в красивых платьях и туфлях, даже дети во всём ярком, новогоднем. Во главе стола возле окна сел дядя Юра, со стороны мебельной стенки расселись все дети, напротив все взрослые, а тётя Софа с торца стола напротив дяди Юры.

– Неправильный стол, – шутил дядя Юра, – надо чтобы с моей стороны он расширялся, чтобы сразу было видно, где в доме хозяин находится.

– А со стороны Софы чтобы сужался, – поддержала шутку мама, – Чтобы фигуру беречь.

     По кругу пустили корзинку с хлебом, каждый набирал себе, сколько было нужно. Дядя Юра обернулся, не вставая со стула, приоткрыл балконную дверь и, запустив туда руку, выудил бутылку шампанского. В то время шампанское было одной марки – «Советское шампанское» тольяттинского завода, различалось только по сладости. Налив своим соседям по столу на сколько мог дотянуться, дядя Юра передал бутылку дальше. Бутылку разлили полностью, досталось понемногу и нам с Катей, остальные дети были ещё слишком малы, им налили компот.

– Ой, мне не наливайте, я не буду, – кричит тётя Таня, – мы вчера на работе так наотмечались, что теперь голова болит, – ей всё равно наливают, и после первого тоста она напрочь забывает про головную боль.

– Ну, давайте проводим старый Год, он был вполне счастливым для каждого из нас, – начал тост дядя Юра и продолжил в том же духе.

     Все стали разбирать салаты бутерброды, с аппетитом есть и хвалить хозяйку. Дядя Юра опять запустил руку на балкон и достал вторую бутылку.

– Ну ты там хорошо пристроился, – удивилась мама, – не сходя с места, всё достаёт и достаёт.

– А как же, – парировал дядя Юра, – я это место никому не уступлю.

– Где бы вот тоже место найти, что б, когда вздумается, руку сунул и достал?

     Дядя Юра начал рассматривать этикетку на бутылке:

– Ха-ха, сейчас вы мучиться будете.

– Почему? – спросила тётя Таня.

– Брют!

– Ну, не сглотнёшь теперь, – рассмеялась мама.

– Ясное море! – дядя Витя посмотрел на свет стопку с водкой, – никаких проблем, только так сглотнём.

– Ну, я пошла запускать первую партию, – говорит тётя Софа и уходит кидать пельмени в кипящую воду.

– Давай, кидай, – говорит Катя и показывает на серпантин, лежащий у меня в нагрудном кармане.

– Погоди, пусть все соберутся, а то неинтересно будет.

     По телевизору идёт прошлогодний концерт, выступают известные и всем немного надоевшие певцы. Мужчины засуетились и начали выходить из-за стола.

– Ну, опять курить намылились, – возмущаются женщины.

– Мы по маленькой и не в затяжку, – отшучиваются мужчины. Если приспичило курить, то их и колючая проволока под током не остановит.

     Минут через двадцать из кухни приносят дымящееся блюдо с пельменями, как-то сразу вернулись из курилки мужчины. Все опять расселись по местам, начали раскладывать по тарелкам горячее. Первая партия пельменей ушла быстро.

– А давайте петь, – предложила тётя Таня, – выключайте шарманку, – махнула рукой в сторону телевизора.

– Давайте, делимся на две команды, и кто кого перепоёт. На раздумье пять секунд, если не придумали песню, значит проиграли.

     Мы быстро поделились на две шеренги, сидящие друг на против друга, как-то оказалось, что я и Катя попали в разные команды. По жребию выпало начинать нам, где капитаном был дядя Юра и мы дружно грянули «В лесу родилась ёлочка». Нам ответили песней «Маленькой ёлочке холодно зимой». И так началось жаркое соревнование, «День Победы» сменялся гимном СССР, в ответ на «Взвейтесь кострами» горланили «Постой паровоз, не стучите колёса», на «Зиму в избушке» отвечали «Дикими степями Забайкалья». В один момент наша команда запела песню «Славное море священный Байкал», наши оппоненты дико захохотали и стали показывать на нас пальцами.

– Чего смеётесь, есть такая песня?

– Есть. А почему на наш мотив? – оказывается мы затянули свою песню на мотив предыдущей.

– Ну обожди, сейчас исправимся, – нетерпеливо махнул дядя Юра, и мы запели уже правильно.

     Следующую песню повела тётя Таня:

Отчего у нас в поселке

У девчат переполох?

Кто их поднял спозаранок?

Кто их так встревожить мог?

     На припеве её перебил дядя Юра:

– На помывку едет молодой моряк!

     Мы со смехом вторили ему:

– Грудь его в обмылках, ленты в якорях!

     Уже прошёл час, шёл второй, состязание продолжалось, никто не хотел сдаваться. Я вспомнил одну песню, но пока решил не предлагать, оставить, так сказать, «в заначке». И вот идеи песен нашей команды подошли к концу.

– Раз, два, три, четыре… – считали наши оппоненты, и тут я запел любимую бабушкину песню:

Нiч яка мiсячна, зоряна, ясная!

Видно, хоч голки збирай

Вийди ж, коханая, працею зморена

Хоч на хвилиночку в гай.

     Наши противники смешались и мучительно соображали, какую бы песню спеть, но им больше ничего не вспомнилось.

– Раз, два, три, четыре, пять – считал дядя Юра, – Уррраааааааа!

     Мы выиграли и радовались как дети.

– Вот надо было тебе? – с укором сказала Катя, но видно было, что она это не серьёзно.

– Давайте за стол, десять минут осталось до курантов, – сказала тётя Софа, и мы опять начали рассаживаться.

"Новый Год". Рассказ     Дядя Юра уже по привычке выудил очередную бутылку с шампанским, оборвал фольгу и, не открывая, поставил на стол рядом с собой. Включили телевизор, там уже заканчивалась последняя песня в старом году. Появился президент страны, начал торжественную речь с поздравлением всех граждан. В душе у меня начинался подъём чувств: «вот последние минуты, даже секунды старого года, сейчас будут бить куранты… надо успеть загадать желание… надо сначала сформулировать его кратко и чётко… успеть… что новый год нам готовит?.. А что мне подарят?» Из-за шума мыслей я плохо соображаю, что говорит президент и вот, наконец, его последние слова: «С Новым Годом!». Показывают куранты, начинается четырёхкратный перезвон перед первым ударом, означающим начало нового года. Все встали со своих мест. «Бабах!», – пробка из бутылки улетает через дверь в соседнюю комнату.

– Ааааааа! Предупреждать же надо, – кричат женщины.

     Пенная струя льётся в подставленные фужеры, капая в селёдку под шубой.

     Я загадал про себя желание, для надёжности ещё дважды его повторил.

– С Новым Годом! Ураааааааа!

– С новым счастьем!!!

     Дядя Юра протягивает тёте Софе наручные часы:

– Вот тебе мой новогодний подарок. И, причём заметь, завёл их в первую секунду нового года!

     Тётя Софа говорит «спасибо» и уходит на кухню запускать вторую партию пельменей. Мужчины, наскоро закусив, строем идут на выход.

– Опять?!! – негодуют женщины, – вот только курили.

– В этом году ещё не курили, – и они скрываются в коридоре.

     Мы сидим и смотрим начавшийся Голубой Огонёк, который по составу певцов практически не отличается от прошлогоднего.

– Успел загадать, – тихо спрашивает Катя.

– Успел. А ты?

– Я тоже. Значит сбудется.

– Ну ты будешь запускать, а то давай я кину?

– Ну опять половину народа нет за столом, дождёмся их.

     С очередным блюдом пельменей заходят курильщики, будто чуют, когда надо заходить или кто сообщает им, что пельмени готовы. Мужчины снимают пиджаки, вешают на спинки стульев и ослабляют галстуки. Продолжается начатый за куревом разговор.

– Вот когда я в армии командующего возил, – рассказывает батя, он часто вспоминает про армию, как будто там прошли лучшие годы его жизни, – когда его на пьянку пригласят, а отказать не получается, мы садимся в машину и едем, они на своих машинах за нами. Он приказывает включить поворотник и встать в правый ряд на светофоре, а как жёлтый загорится – резко влево и по газам. Так и уходим налево, остальные направо, а потом командующий им и говорит: «Не знаю, где вы там потерялись. Сами пригласили и слиняли».

     Пошла тема армии. Дядя Юра тоже вспоминает свою службу в Забайкалье:

– У нас со среднеазиатских республик тоже солдаты служили и прикидывались шлангами. Говорим им: «Идите, уберите мусор». Они: «Не понимаем по-русски. Что такое мусор?» Потом уже стали по-другому: типа «Махмуд, что такое мусор?», он отвечает «Ну, там чурка, бумажка, листья с дерева». Я – ему: «Ну вот иди и убери».

     Новый Год уже наступил, сидим за столом, все потихоньку ковыряют пельмени и салаты. Катя протягивает свою тарелку через стол:

– Дядь Вить, наложи под шубой.

     Люда толкает Юльку в бок:

– Гы-гы, «наложи под шубой».

     Тут до всех доходит этот каламбур и взрыв хохота сотрясает комнату:

– Наложи покрепче, Вить.

– Под всеми шубами наложи.

– И про пуховики не забудь.

– Ясное море! – плачет от смеха дядя Витя.

     Немного позже, кто-то предлагает потанцевать. Дядя Юра заносит колонки магнитофона из коридора в зал и включает пластинку, то ли Леонтьева, то ли Боярского. Гости танцуют, дядя Витя как-то по-спортивному прыгает в такт музыке.

– Витя, ты как мячик!

– Ага, мячик и есть.

– Он всегда как мячик, вообще не устаёт плясать, – говорит тётя Таня, и валится на кресло.

     К двум часам ночи уже никто ничего не ест, дядя Юра и батя осоловело отказываются от дальнейших возлияний, дядя Витя, как самый крепкий, откупоривает «чебурашку» и наливает себе «по крайней». Остатки салатов и бутербродов убирают со стола и из серванта достают чайный сервиз белого фарфора со светло-коричневым клетчатым рисунком.

– А, Софино приданное, помним-помним, – говорит мама и помогает расставить приборы.

     Приносят домашний медовый торт, дачное клубничное варенье, мёд и сахар.

– Ты кинешь, наконец, свой серпантин? – тихо интересуется Катя.

– А вдруг кому в лоб попаду?

– Да ну тебя!

     Гости, уставшие от еды, вяло едят торт и запивают чаем.

– Надо на улицу, растрястись немного.

– Да, хоть подышать, а то здесь уже дышать тяжело.

     Потом кивают на нас с Катей:

– Вы, наверное, оставайтесь дома, а то Люду оставить не с кем.

     Мы с родителями сегодня ночуем здесь, а Поповы пойдут к себе домой, они живут менее, чем в ста метрах. Катя подмигивает мне: «типа не спорь, оставайся, дело есть», и я не прошусь на улицу. Все вместе убираем со стола, сворачиваем сам стол,

женщины моют и протирают посуду, стелют нам постель. Взрослые толпятся в маленькой прихожей, надевают верхнюю одежду. Раздаётся звонок в дверь. Мама, стоявшая ближе всех, тянется чтобы открыть. В подъезде темно, видны какие-то

"Новый Год". Рассказ
Хлопушка

силуэты людей, моментально раздаётся раскатистое «Бабах!». Мама с криком захлопывает дверь, на голове её конфетти – кто-то додумался выстрелить в лицо хлопушкой. У меня от громкого выстрела сердце подпрыгивает и учащённо бьётся, дядя Юра с криком «А ну-ка, расступись, яжеихсейчастудывкачель!» рвётся бить кому-то лицо и сам распахивает дверь. На пороге стоят какие-то его знакомые, извиняются за неудачную шутку. Гнев дяди Юры тут же стихает, взрослые все вместе выходят на улицу. Последними выходят мама и тётя Софа, убедившись, что мы легли и приготовились ко сну, ключ в замке поворачивается два раза, слышны удаляющиеся голоса на лестнице, потом всё стихает, и мы остаёмся одни.

     Свет везде потушен и только в коридоре на прозрачной крышке магнитофона стоит красивый электрический светильник в виде двух белых свечей, лампочки которого мерцают красными огнями, отбрасывая на потолок и стены причудливые тени.

– Давай, как Людка заснёт, пойдём подарки искать, – говорит Катя, – только если я тоже засну, ты меня разбуди.

– Давай, пойдём, – говорю я, – а если ты не встанешь?

– Ты меня сильнее толкай и вот ещё что… – она уходит на кухню и возвращается с полной чашкой воды, – если не проснусь, ты меня водой, только не окатывай, а как-нибудь потихоньку.

– Ладно, – говорю я, – как-нибудь уж полью тебя.

     Катя очень быстро засыпает, я жду назначенное время. Примерно минут через двадцать я решаю, что пора. Встаю с дивана и шёпотом зову:

– Кать, Катяяяя, вставай.

– Зачем?

– Мы же договорились подарки искать.

– Да ну их, я спать хочу.

– Тогда я тебя водой спрысну.

– Не вздумай, я сплю. – и правда, что-то жалко лить на неё воду.

     Я разочарованно ложусь обратно на диван. В тишине мерно тикают часы, отбивая секунды, уютно мерцает светильник в коридоре. Я сморю, как пляшут электрические языки пламени на свечах, как мечутся тени на потолке комнаты. Комната наполнена теплом и уютом. Лёжа под одеялом, вспоминаю события последних дней, грохочущий напор дискотеки в техникуме, поездку в бор, заснеженные сосны и тихое журчание реки. Веки постепенно слипаются, вдалеке стоят мои одноклассники в тогах и поют «Арго», а я проваливаюсь всё глубже и глубже в царство Морфея.

     Проснулся я рано, стрелки на часах показывали восемь утра. Катя спала, повернувшись носом к стенке. В зале спали родители, когда все взрослые вернулись, я не слышал. Светало, в квартире стояла тишина. Я встал и пошёл на кухню. Там за столом сидел дядя Юра.

– А-а-а, встал уже? Проходи, садись, чего не спится?

– Да не знаю, наверное, выспался.

– Ну вот и я тоже. Глянь, сколько там градусов за окном?

     Я присмотрелся к градуснику, прибитому снаружи к раме.

– Четырнадцать мороза.

– Нормально, вчера вечером теплее было. Чай будешь?

– Нет, не хочу.

     Мы сидели за столом и говорили на какие-то отвлечённые темы. Было немного странно, мы редко, когда говорили вот так вдвоём. За окном наступал день, быстро светлело, во дворе было пустынно, не было случайных прохожих, не ездили машины, город ещё спал. Постепенно начали просыпаться все домочадцы, встала мама, потом батя, пришла на кухню тётя Софа. Надо было готовиться к встрече новых гостей.

     И все зашевелились как пчёлы в потревоженном улье. Есть после вчерашнего не хотелось, поэтому решили завтрак пропустить и готовить сразу обед. Все спальные места убрали, заново разложили стол, и работа закипела. Опять носили салаты, намазывали бутерброды, лазали в банку за огурцами и помидорами и лепили пельмени.

– Люди делятся на два типа, – шутил дядя Юра, – на тех, у кого рука лезет в банку и на тех, у кого нет.

 – А я думала, на мужчин и женщин, – парировала мама, – а ты мне прямо глаза открыл.

     Застолье было назначено на двенадцать дня. В первый день нового года первыми гостями стали Поповы, которым недалеко было идти. Точно к назначенному времени пришёл дедушка, Александр Фёдорович, отец моей мамы и дяди Юры. Тётя Софа посматривала в окно и, наконец, на её лице засияла улыбка:

– Мама с папой идут!

     Через минуту вошли родители тёти Софы – Алексей Петрович и Александра Захаровна.

– Ну всё, все в сборе, можно и садиться.

– Дорогие гости, рассаживайтесь, где кому удобно.

     И опять началось застолье. Дядя Юра со своего коронного места выуживал с балкона шампанское и другие напитки, по кругу пошли вазы с салатами, корзинка с хлебом, бутерброды, звучали тосты и пожелания. Сегодня застолье было более сдержанным, чем вчера – присутствие дедов за столом обязывало ограничивать слишком вольные шуточки. Александр Фёдорович обращался к Алексею Петровичу:

– Сват, давай белой налью.

– Нет, я только шампанское пью, мне как-то раз губы водкой намазали, я чуть не умер.

     В перерывах Люда, Юлька и Иришка читали стихи и пели песни. По телевизору опять шёл какой-то концерт, но выбирать было не из чего.

     После горячего мы с Катей пошли играть в настольные игры. Была у неё одна интересная игра-ходилка с математическим уклоном, которую ей подарили на День рождения. В качестве фишек игроки использовали фигурки овечек, перемещая их на количество шагов, выпавших на бросаемом кубике и далее в зависимости от выпавшего задания. Мы с удовольствием играли в эту игру, потом в домино и в лото.

     После чая дедушка, Александр Фёдорович засобирался домой.

– Пора мне, мать ждёт, – моя бабушка в то время давно уже не выходила из дома, сказывались болезни сердца, для неё пройти и сто метров было невыполнимой задачей.

     Вскоре, поблагодарив хозяев, двинулись домой и мы с родителями.

– Саш, а ты понял, что эти электрические свечки – это наш тебе подарок на Новый Год? – спросила мама.

– Нет, не понял. Красивые они.

     Идя по натоптанным в снегу дорожкам, я вдыхал морозный воздух и рассматривал следы ночных гуляний. То тут, то там валялись отстреленные хлопушки, ветер колыхал самодельные игрушки на дворовых ёлках. Почему-то было немного грустно, наверное, чувствовалась эмоциональная усталость. Казалось, что праздник, который так долго ждали и к которому так долго готовились, уже прошёл, и опять наступят будни. Наверное, этому настроению вторило запустение и безлюдность в городе.

     Поразмыслив немного, я сделал вывод, что впереди ещё целых десять дней каникул, в которые ожидает полная свобода с катанием на лыжах, санках, коньках, игра в снежки, постройка снежных крепостей, чтение любимых книг и даже, может быть, интересное кино в кинотеатре. Настроение немного улучшилось, и я веселее зашагал навстречу наступившему Новому Году.

***

     Довольно часто на просторах интернета люди делятся своими ощущениями по поводу проходивших праздников в круги семьи. Одни говорят: «Смотрел вчера старый альбом. Большинство фотографий – это застолье с кучей родственников от мала до велика. На столе варёная картошка, грибочки, винегрет, соленья со своего огорода. Всё очень просто, но так было весело и приятно! Так не хватает того душевного тепла и уюта». Другие пишут: «Моя мама решила повторить те праздники и собрать всех родственников за одним большим столом. Кто-то приехал, многие отказались по ряду причин, часто и не уважительных. Да и с теми, кто приехал, мы давно не общались, разговаривать по большому счёту не о чем. Не получилось праздника, к сожалению».

     Ушедшего не вернуть, хоть бы и очень хотелось. Нас покидают дорогие нам люди, часто дороги расходятся, но, несмотря на это, необходимо оставаться доброжелательными, отзывчивыми, потому что отношения между людьми гораздо важнее и нужнее всего остального. Просто, давайте ценить людей, нас окружающих!

"Новый Год". Рассказ     И напоследок. Тогда я не понял, почему родители подарили мне «взрослый подарок» – электрический светильник. Возможно, я ожидал что-то более «детское» и понятное мне. В то время, когда годы застоя уже закончились, а современное изобилие ещё не началось, магазины были практически пустые, трудно было застать и купить что-нибудь стоящее, особенно в маленьких городах. Давно прошли экономически тяжёлые годы, но в течение тридцати лет, каждый раз под новый год, наряжая ёлку, ставим под неё ставшие такими тёплыми и уютными мои свечки, которые длинными зимними вечерами согревают своим теплом и дарят новогоднее настроение.

Александр Синцев

февраль 2020г.

Поделиться ссылкой:

7 комментариев

    1. Так и не запустил в тот вечер. Кинул утром в пустом зале. Зато не попал ни в кого 🙂

    1. Спасибо. Советское время — все были более или менее равны, чище душой и разумом

  1. 31 декабря 2022 года. Наступает Новый 2023 год.
    Дедов нет уже давно. Дяди Юры и тёти Софы тоже. Катя умерла от ковида в 2021-м, тётя Таня тоже. Бятя ушёл в вечность в начале декабря 2021-го.
    Мдааа… Время идёт… Пусть подольше живут оставшиеся!

  2. 30 декабря 2023 года. Последний рабочий день в этом году, скоро наступит новый 2024 год. Помню, как в 2000-м, который все считали Милениумом, мне исполнилось 24 года, в новом 2024-м в два раза больше. За тридцать лет всё сильно изменилось и не всегда в лучшую сторону. Новогодняя ночь уже не приносит столько радости, как в детстве, чувства притупились. Наверное, это не очень хорошо, но так уж есть. Если бы нашим дедам сказать, что сейчас у нас вооруженное столкновение с Украиной, что льётся кровь и гибнут люди, они бы не поверили. Может, это и к лучшему, что они, победившие фашизм в далёком 1945-м, не увидели его возрождения почти через восемьдесят лет в 2022-м, не увидели это время потерь, санкций, всемирной изоляции и повсеместной «отмены русских».
    Слава Богу, что 2023-й год никого не забрал, пусть так будет и в 2024-м. Мира всем и жизни, не смотря ни на что!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *